Не дивіться ви так крізь прозурку очей,
джентельмени, піжони та денді!
За п’ятнадцять хвилин не сп’янить мене цей
перший келих духмяного бренді.
Бо я – інститутка, дочка камергера,
я – миша летюча, метелик нічний.
Вино й кавалери – моя атмосфера,
причал емігрантів, Париж чарівний!
Мій татусь від Чека утекти не устиг,
та зробив проти них він чимало.
Був донос, був арешт, був у ка́зні нічліг,
ну, і розстріл – вердикт трибуналу...
І ось я́ – проститутка, я – фея зі скверу,
я – миша летюча, метелик нічний.
Тепер сутенери – моя атмосфера,
причал емігрантів, Париж чарівний!
Я сказала полковнику: – Нате, тримайте!
Тільки пхати не треба «валюту» донську.
За любов – мені франками суму віддайте,
а в іншому всьому – замало смаку.
Бо я – проститутка, я – фея зі скверу,
я – миша летюча, метелик нічний.
Тепер сутенери – моя атмосфера,
причал емігрантів, Париж чарівний!
Та коли-не-коли, у сеансі кохання,
я пригадую рідну Одесу мою.
І тоді я плюю в їхні фізії п’яні!
А інше усе – еквілібр на краю...
Бо я – інститутка, дочка камергера,
я – миша летюча, метелик нічний.
Вино й кавалери – моя атмосфера,
причал емігрантів, Париж чарівний!
Травень 2026
|
Не смотрите вы так сквозь прищур ваших глаз,
Джентльмены, пижоны и денди.
Я за двадцать минут опьянеть не смогла б
От бокала холодного бренди.
Ведь я – институтка, я – дочь камергера,
Я – черная моль, я – летучая мышь.
Вино и мужчины – моя атмосфера.
Приют эмигрантов, свободный Париж!
Мой отец в октябре убежать не сумел,
Но для белых он сделал немало.
Срок пришел, и холодное слово «расстрел» –
Прозвучал приговор трибунала.
И вот я – проститутка, я – фея из сквера,
Я черная моль, я летучая мышь.
Теперь сутенёры – моя атмосфера,
Привет эмигрантам, свободный Париж!
Я сказала полковнику: – Нате, возьмите!
Не донской же «валютой» за это платить,
Вы мне франками, сэр, за любовь заплатите,
А все остальное – дорожная пыль.
Ведь я – проститутка, я – фея из сквера,
Я черная моль, я летучая мышь.
Теперь сутенёры – моя атмосфера,
Привет эмигрантам, свободный Париж!
Только лишь иногда, под порыв дикой страсти,
Вспоминаю Одессы родимую пыль,
И тогда я плюю в их слюнявые пасти!
А все остальное - печальная быль.
Ведь я – институтка, я – дочь камергера,
Я – черная моль, я – летучая мышь.
Вино и мужчины – моя атмосфера.
Приют эмигрантов, свободный Париж!
Мария Вега (до 1939)
|